Поезда (в частности N183 которым ехал я) попадая из Литвы в Россию проезжают через кусочек Латвии (со ст. Резекне и Даугавпилс). Последний о/п в России и таможня - Пыталово (заниамет 74-минутную задержку в движении поезда, по расписанию). Иммиграционный офицер и таможенник идут друг за другом. Иммиграционный офицер, как и везде по России, ставит унизительный для любого свободного гражданина штамп AVREST (и при въезде INREST ).

PS Конечно, при въезде/выезде в/из Литвы гражданину Литвы литовские пограничники такие унизительные штампы не ставят!

Хотя Пыталовская таможня поразила меня своей демократичностью - впервые за всю историю при выезде из России - о, чудо!!, - у меня не проверили въездной визы государства назначения. По-видимому, гэбизм начинает кое-где сдавать.

Далее поезд устремляется на свободу - в Латвию. Граница никак не демаркирована и не опутана проволокой. Таким образом, не вызывает сомнений, что нелегалу ее легко перейти.

Поезд движется по Латвии, иногда останавливаясь на станциях. Латыши (пограничники) не идут по поезду - но на любой станции 3-4 солдата стоят вокруг перрона и наблюдают, чтобы нелегалы не убежали в страну. А в центре платформы сооружена импровизированная стойка иммиграционного контроля.

Однако, все эти меры кажутся смешными человеку, который хоть раз наблюдал совейский гэбизм своими глазами. Возъмем напр. г. Сортавала (ныне Респ. Карелия). До горбачевской оттепели (пришедшей сюда в 1990 г.) город находился в советской погранзоне. Hесмотря на то, что его тотально прошманывали еще при въезде в погранзону (напр. на ст. Кузнечное, Ленинградской обл.), вся платформа ст. Сортавала была опутана несколькими рядами колючей проволоки, и охранялась 2-мя пулеметными вышками. Выход с платформы был возможен только через турникет, где гэбистский погранец проверял гэбистские документы.

Однако, в свободной Латвии - все не так. Вы можете сколько угодно прыгать из окна туалета на перегонах, если сильно захочется. Hо и это еще не все. Hа ст. Даугавпилс, где стоянка 20 минут, я вышел из вагона, подышать свежим воздухом. У каждого вагона собралась небольшая толпа подобных мне людей - день был жаркий - и в том не было ничего удивительного. По краешку перона, метрах в 8 от нас стоял солдат и наблюдал, чтоб никто не сбежал. Вдруг я заметил, что метрах в 20 от меня, у вокзала стоит ларек и продает мороженное. Я захотел его купить. Однако, кованный сапог коммунистической империи так давил на наши души, что поначалу мне показалось совершенно невозможным даже подойти к солдату о попроситься сбегать до ларька. т.к. слишком хорошо воспитан всякими параноидальными таможенными территориями и прочей советской #$дней. И все-таки достоинство свободного человека победило. Я нащупал в кармане 1$ и отойдя от толпы, приблизился к солдату. - Здраствуйте, не могли бы Вы разрешить мне купить мороженное вот там... и я показал рукой в направлении ларька. (Вот он тест на демократию в Латвии!)

- Конечно, дорогой! Hо смотри не отходи дальше и не опаздывай на свой поезд

ОК. я так и думал. Латвия - это не СССР. И человеческий подход здесь берет верх над любыми инструкциями

Покушав латвийского мороженного, я вернулся в поезд, который тронулся в направлении Литвы.

Граница Латвия-Литва также не заметна, хотя я довольно пристально старался ее заметить. Hа первом же полустанке в Литве поезд останавливается и подвергается контролю литовских пограничников и таможенников. Мне ставят на литовскую визу литовский INREST , однако те пассажиры, которые следуют из России в напр. Беларусь с внутренним паспортом лишь показывают внутренние паспорта, не получая в них никаких штампов. По прибытии в Вильнюс все сошедшие проходят через маленькую стойку иммиграционного контроля, вернее через 2 стойки - граждане Литвы через отдельную, т.к., повторяю, ни в каком цивилизованном государстве свой-своему INREST не ставит. Мы же, не граждане Литвы, терпеливо ждем своей очереди, и уже минут через 5-6 шагаем в Литву.